Игра воровки. Клятва воина [ Авторский сборник] - Джульет Маккенна

– А знаешь, мы могли бы быть там послезавтра, – выдохнул он наконец.

Дрожащими руками маг сложил карты.

– Нет, будем смотреть на вещи реально. Во-первых, мы понятия не имеем, с кем там надо связаться. Все, что нам известно, – это что они ищут некоего субъекта, раньше служившего управляющим у лорда Армайла.

– Но этого должно хватить. В маленьких деревушках все друг друга знают, – робко заметила Аллин.

Казуел задумчиво воззрился на нее.

– Местные сплетни этим и питаются, не так ли? Моя мать вместе со своим кружком шитья непременно бы об этом судачила. Наверняка там есть трактир, где можно было бы задать вопросы, не вызывая никакого подозрения.

Бешенство комом встало в горле Казуела, и он смыл его долгим глотком эля.

– Да как Ралсир и Дарни посмели даже подумать об ограблении лорда Армайла! Фриерн – одно из немногих феодальных владений, протянувшееся отсюда до Кола, где дороги не утопают в грязи, где кареты не вязнут в ней по оси, а лошади – до поджилок! К слову сказать, дороги эти одни из самых безопасных в округе, коли на то пошло. Помнишь тех разбойников в колодках, которых мы видели перед рыночным домом?

– Да, помню!

Резкий тон девушки удивил Казуела, пока до него не дошло, что означает закон для семьи, выгнанной из своего дома хаосом междоусобной войны.

Его взгляд устремился куда-то вдаль, за побеленные стены комнаты. После долгого молчания маг выпрямился на стуле.

— Я мог бы расспросить этого управляющего, вреда от моего интереса никому не будет. Если окажется, что у лорда Армайла есть нужные Узаре книги, почему бы мне не обратиться к нему открыто? Как говорится, Рэпонин вознаграждает решительных, не так ли?

— Да? — Аллин бессмысленно вытаращила глаза.

Казуел зашагал взад и вперед по неровным половицам. Смелость, рожденная из давно копившихся обид, постепенно одерживала верх над его природной осторожностью.

— Я должен обратить на себя внимание Узары, мне просто необходимо это сделать, но это все равно что бросать руны наугад, не так ли?

Маг остановился, затем энергично повернулся к столу и полез под камзол за толстым мешочком монет.

— Вероятно, проматывание денег Верховного мага на пьянки в трактирах вынуждает Ралсира красть книги, вместо того чтобы покупать их, как подобает честному человеку.

Презрительно усмехаясь, он разложил перед собой благородные монеты.

– Я попрошу позволить мне взглянуть на библиотеку, а затем предложу справедливую цену за те вещи, что мы ищем. Почему бы нет? Лорд Армайл, несомненно, разумный человек. В конце концов, он благородного происхождения, даже если он всего лишь мелкий энсейминский землевладелец.

Высокомерная улыбка изогнула полные губы Казуела.

– Думаю, ни к чему усложнять дело, сообщая ему, что мы маги. Я нахожу путешествие в качестве книготорговца вполне достаточным объяснением.

Тут его улыбка малость поблекла. Казуел нахмурился.

– Знаешь, Аллин, я бы не хотел, чтоб ты рассказывала кому-либо об этом, когда мы приедем в Хадрумал, по крайней мере до тех пор, пока я не переговорю с Узарой с глазу на глаз. Огласка этого дела может очень скверно отразиться на достоинстве магов. Мой долг – предотвратить осуществление Шивваланом и его сообщниками столь безрассудного замысла в будущем, но не хотелось бы, чтобы все подумали, будто я распускаю сплетни о собрате-ученике. Надо только тщательно выбрать момент. Проект Узары, должно быть, важен, если в нем участвует Верховный маг, пусть и косвенно, а значит, он заслуживает сотрудничества, а не противостояния между магами. Ты понимаешь?

Девушка торопливо кивнула.

– Конечно. Я никому не скажу ни слова.

Казуел одобрительно улыбнулся.

– Тебе понравится в Хадрумале, моя дорогая. У тебя острый ум, и ты серьезно относишься к делу. Я постараюсь, чтобы тебя взяли на обучение в один из лучших Залов.

Что будет нетрудно устроить, когда он произведет впечатление на Узару, стреножит для него коней Шиввалана и получит должное признание, которое необъяснимо ускользало от него столько времени.

От воспоминания о накопившейся боли свело челюсти. Оставался, однако, вопрос с Дарни. Не он ли был тем последним, кто остался на ногах в припортовой таверне Хадрумала, когда моряки вызвали всех посетителей на кулачный бой? Может, было бы лучше, если б Узара не упоминал имени Казуела, когда будет докладывать Планиру об этом позорном факте? Но как же тогда привлечь к себе внимание Верховного мага? Придется над этим как следует подумать.

ГЛАВА 2 

Название Энсеймин – искаженное Эйнар сай Эммин, «земля многих народов», на древнем тормалинском наречии. Множественное число Эйнаринн, что означает «мир», – конечно, более знакомо. Историки, воссоздающие славный путь той погибшей Империи, представляют Энсеймин как провинцию, удерживаемую железной рукой тормалинских правителей, распространявших свою власть на Далазор, Лескар и Каладрию, – но это не так.

Покорив Каладрию, Тормалин простерся до Белой Реки. Эта естественная граница протянулась от залива Пирла до Южных Отрогов Гидестанских гор – самой узкой части, подходящей для обороны. Тогда были впервые установлены официальные связи между Тормалинской Империей и королевством Солура. Король Солтрисс, претендовавший на земли к западу от Великого Леса, направил эмиссаров на эту, еще не востребованную территорию. Среди коренных жителей путешественники натолкнулись на дипломатов от императора Коррела Отважного, который в то время обдумывал план аннексии земель за пределами своей империи.

К счастью для аборигенов, безмятежно живущих на широких равнинах этого плодородного края, каждый могущественный правитель осознал опасность расширения своих владений. Коррел уже продвигал свое войско на север за Далаз, чтобы захватить рудные богатства Гидестанских гор, а Солтрисс не без оснований сомневался в жизнеспособности провинции, которая будет отделена от его королевства непостижимыми тайнами Великого Леса. Бесспорно, Лесной Народ воспринял бы такое окружение как угрозу и сопротивлялся бы всеми колдовскими средствами, имеющимися в его распоряжении.

Так, благодатная земля Эйнарсай Эммин только выиграла, когда вместо конфликта между Тормалинской Империей и королевством Солура наладилась торговля. Маршруты вьючных лошадей стали главными торговыми путями с востока на запад; Лесной Народ сам начал путешествовать и торговать; купцы из Гидестана и Солуры, отправлявшиеся на разведку в Драконовы Хребты, привозили металлы и драгоценные камни с севера к морю. Даже торговцы из пустошей Мандаркина за теми неприступными горами рисковали на грозных перевалах, чтобы доставить пушнину и янтарь на рынки юга.